Борщ принял Сметану в свои жаркие объятия, как только она появилась. Сметана нежно провела по его лицу. Места, которых она касалась, розовели, цвет смягчался.
- Я скучал, - Борщ накручивал пряди длинных белых волос на пальцы, после переплетая их между собой. Локоны алели, будто пропитывались кровью.
- Я не виновата, что так долго, - белая водила пальцем по груди Борща, вырисовывая вихрастые узоры.
- Да-да, я прекрасно знаю. Я хочу тебя, прямо сейчас.
Легкий поцелуй в шею, каждое касание будто ранит, сдирает кожу. Мгновение – и Сметана прижата к алому одеялу. Красный покрывает ее грудь поцелуями, касается соска губами, захватывая нежную белую кожу, которая мгновенно розовеет. Чем больше прикасается – тем ярче цвет. Как только розовой станет каждая частичка – они исчезнут. Разовые отношения, по сути.
- Не медли, времени не так уж и много. Просто сделай это красиво, прошу тебя, - Сметана шепчет прямо в ухо, проводя языком по нему и вплетаясь тонкими пальцами в алые волосы.
- Знаю.
И он делает красиво. Он ласкает ее тело, а она красиво подается навстречу прикосновениям. Красиво целует ключицу, водит по спине. Осторожно входит на всю длину, шепчет что-то на ухо. Она выгибается, сладко стонет. Волосы, уже розовые, разметались по такому же розовому одеялу. Он двигается в ней быстро, но осторожно, тяжело дышит. Почти каждая их часть уже розовая. Последние толчки, громкие стоны. Оба чувствуют, как растворяются, исчезают. Он яростно целует ее в губы, прижимает ближе к себе и тихо шепчет:
- Прощай.