Представь себе, уважаемый читатель, помесь Леонида Ильича Брежнева в его
самые смутные и нечленораздельные последние годы жизни (когда весь
советский народ с большим трудом пытался разобраться в речах вождя) и
злобного цербера, с завидным упорством ставящего неудовлетворительные
оценки в зачетки студентов. Представили? Так это преподаватель
психологии Гомельского университета, пенсионного возраста господин с
большими седыми бровями и ужасным характером. Назовем его условно Иван
Иваныч Огурцов.
Как и многие другие «преподы» Гомельского университета, он ленился
отмечать «присутствие» студентов на своих занятиях. Вместо этого наш
Огурцов пускал по аудитории лист бумаги, где присутствующие должны были
запечатлеть свои фамилии. А чтобы чего не вышло «наш мудрейший Иван
Иваныч» в конце занятий оглашал своим «брежневским» баритоном сей
скорбный список, а студенты, услышав сою фамилию, должны были
откликнуться.
Понятно, всенародной любовью Огурцов не пользовался. Из желания
подшутить кто-то из студентов однажды записал в список присутствующих
«Зинедин Зидан». Надо сказать, это был пик популярности великого Зи-Зу.
Два гола в финале чемпионата мира в ворота бразильцев - он был у всех на
устах. Но Иван Иванович даже ухом не повел.
- «Та-а-к, Зи-не-дин Зи-дан». - по-брежневски проскрипел Огурцов.
Все напряглись. - «Зинедин! Болгарин что ли? ». -Аудитория сдержалась.
Нет Зидана. Огурцов еще пожурил, дескать нечего дружков своих
прикрывать.
Так продолжалось полгода. На каждом занятии Иван Иваныч зачитывал
фамилию знаменитого француза и все больше мрачнел, когда никто не
отзывался. Но вот она развязка. Конец семестра - время сессии, последнее
занятие по психологии. Наш «брежнев» в последний раз оглашает список
присутствующих. «Зинедин Зидан»! Нет ответа. Тогда Огурцов сделал полную
драматизма достойную великих актеров паузу и, торжествующе окинув
взглядом аудиторию, прошипел:
- Передайте своему Зидану, ша-а-а он у меня зачет не сдаст!
Вот тут уж все, накопившаяся за семестр студенческое веселье, излилось
неудержимым потоком и никто не в силах был этому помешать.